Поиск игры:
Логин
Пароль
Регистрация
Забыли пароль?
СЕРИЯ FINAL FANTASY
СЕРИЯ KINGDOM HEARTS
СЕРИЯ FRONT MISSION
СЕРИЯ DRAGON QUEST
СЕРИЯ VALKYRIE PROFILE
ДРУГИЕ ИГРЫ

Рейтинг.ru
НА КРАЮ ВРЕМЕНИ
        – Твою ж дивизию!
        Лагуна отскочил назад и в позе очумелой цапли запрыгал на левой ноге, пытаясь покрепче обнять правую.
        – Дядя! – подскочившая Эллона обхватила его за плечи и вопросительно заглянула в перекошенное лицо.
        – Всё… нормально, – заметно охрипшим голосом простонал он.
        Несколько раз глубоко вздохнув, он принял более устойчивое положение и вымученно улыбнулся девушке. Затем взглянул ей за спину.
        Еще несколько минут назад это помещение после боя с волшебницей напоминало ракетный полигон. Теперь же расположившийся по центру огромный дрожащий пузырь карамельного цвета, всасывающий в себя обращавшийся в вязкую патоку камень, придавал ему до ужаса фантасмагорический вид, который просто не мог не притягивать к себе взгляды. Казалось, что и они прилипают к блестящим бокам пузыря и медленно вползают внутрь, утягивая хозяина за собой.
        – Нужно уходить, – стряхнув настырное наваждение, пробормотал Лагуна. – Элли, идем.
        Девушка послушно кивнула, и они вместе поспешили прочь.
        На выходе их уже ждали.
        – Кирос! Вард!
        – Прошу прощения, президент, – повел руками темнокожий мужчина, – мы не смогли устоять.
        Из-под окрашенного алым рукава мантии советника хищно сверкнула полоска стали.
        – Решили помочь. Но, видимо, опоздали.
        Возвышавшийся над всеми присутствующими Вард взмахнул тяжелой ручищей и кивнул себе под ноги.
        – О, конечно. Лагуна, этот – наш?
        Лоир взглянул вниз на распростертого на полу Сейфера.
        – Наш, грузите.
        Здоровяк без особых усилий взвалил на плечо бесчувственное тело и сделал пару шагов в сторону. Глядя на его могучую спину, Лагуна вспомнил былые похождения их развеселой компашки и уже собирался припомнить кое-что из давно минувших событий, когда спину его обдало холодом.
        Он обернулся. Как раз вовремя, чтобы увидеть как качнувшийся было назад пузырь в мгновение ока растекся до его башмаков.
        Задрожал и поплыл в его ненасытную утробу сводчатый потолок коридора. Вслед за ним стали оплывать стены и полупрозрачный кристаллический пол.
        – Ага, – глубокомысленно изрек президент.
        Затем обернулся, взял вздрогнувшую девушку за руки и передал невозмутимому Варду.
        Тот всё понял без слов, и к бессознательному рыцарю на одном плече прибавилась девчонка на другом.
        Лоир с сомнением покосился на поднывающую ногу, вздохнул и, пожав плечами, улыбнулся друзьям: – Валим. И очень быстро.
        Лишенный голодных монстров, сторожевых роботов и негостеприимных гальбадианских солдат обратный путь оказался довольно коротким. Кирос, ничуть не стесненный мантией советника, мчался впереди всех, зорко высматривая возможные опасности. За ним топал нагруженный Вард, а замыкал цепочку Лагуна. То и дело оглядываясь назад, президент Эстара тяжело дышал и поминал всевозможными нелестными словами свою трижды проклятую должность, которая за несколько лет превратила экс-солдата в страдающего одышкой рохлю с еще не провисшим, но уже обозначившимся брюшком.
        Когда из-за поворота показался нос космического корабля, всунувшийся в разодранный бок «Пандоры», Лагуна резко остановился, обернулся и выбросил вперед руку. На его пальце сверкнуло стальное колечко с одиноко качнувшейся чекой.
        Грянул взрыв. Спины бегущих обдало жаром, и те обернулись. Лагуна в яростно бьющейся на поднявшемся ветру рубахе застыл на фоне распускающегося огненного цветка, и освобожденные от резинки волосы развевались у него за спиной…
        С улыбкой он обернулся к друзьям.
        – Ты что творишь? – первым пришел в себя Кирос.
        – Ну, – пожал плечами довольный как обожравшийся удав Лоир, засунув руки в карманы и прогулочным шагом направляясь к кораблю, – что это за «Великий побег», когда за спиной не гремят взрывы, не свистят в воздухе пули…
        Кирос закрыл ладонью лицо и обреченно покачал головой.
        – Взрывчатка-то у тебя откуда взялась? – простонал он, когда оба уже стояли у трапа «Рагнарёка».
        – Друг мой, – покровительственно улыбнулся Лоир, – если когда-нибудь ты встретишь меня без парочки гранат в карманах, знай – это не я, а грубая, бездарно слепленная подделка!
        Советник тяжело вздохнул, потом встрепенулся и в один прыжок настиг поднимающегося друга.
        – Парочки?!
        – Чего? – недоуменно уставился на него Лоир.
        – А ну гони вторую! – требовательно протянул руку Кирос.
        – Чего вторую?
        – Гранату вторую!
        – Да нет у меня больше.
        – Лагуна, я тебя знаю как облупленного! Если ты…
        – Это была фигура речи.
        – Лагуна!
        – Не дам!
        – Я отвечаю за твою безопасность!
        – Вот и не занимайся глупостями! И вообще – президент я или хрен собачий?!
        – Господин президент, о вашем…
        Но договорить советник не успел.
        Корабль тряхнуло, и оба мужчины, потеряв равновесие, упали на трап и заскользили вниз. Мимо мелькнула огромная лапа, вырвав стальные когти из пола. «Рагнарёк» готовился к взлету.
        – Могли бы и подождать, – обиженно выкрикнул Лагуна, судорожно цепляясь за край трапа.
        – Боюсь, что нет, друг мой, – крикнул в ответ Кирос, и голос его едва не потонул в металлическом скрежете. – Смотри!
        Пытаясь ползти по ходящему ходуном металлическому полотну, Лагуна вывернул шею и взглянул через плечо, после чего прошептал под нос пару ругательств и с утроенным усердием пополз вверх.
        А за его спиной расплавленным шоколадом оплывали стены, взгорбившийся пол изверг фонтан сверкающей карамели, а из всех проходов бурными потоками несла свои воды темная река свернувшегося времени…
        – Убери руки, отрежет! – прокричал Кирос. – Цепляйся за меня!
        Спорить Лагуна не стал и проворно уцепился за мантию советника. Тот дернулся вперед и с металлическим лязгом вонзил показавшийся из-под рукава катар в трап. Затем подтянулся и воткнул в металл второй клинок. Так он, подобно чудищу из ночного кошмара, и полз вперед, оставляя в трапе корабля рваные раны.
        Наконец изодранная плита поползла вверх, и друзья сползли на пол. Корабль дернулся, оттолкнулся огромными лапами от стен парящего в воздухе монолита, перевернулся, едва не приложив обоих обо все возможные поверхности, а потом взревели турбины, и «Рагнарёк» ринулся прочь.
        – Вот! – глубокомысленно изрек Лоир, прильнув к одной из проделанных Киросом дыр, – совсем другое дело! Триумфальный побег успешно состоялся!
        – Друг мой, – разминая раздираемые болью кисти, проговорил Кирос, – тебе кто-нибудь говорил, что ты невыносим?
        Лоир лишь улыбнулся и помог советнику подняться. Тот не без усилий выдернул из металла верное оружие, печально вздохнул, изучив зазубренные кромки лезвий, и спрятал в рукавах.
        – Слушай, – направляясь к лифту, поинтересовался Лагуна, – а ты всегда эти железки с собой таскаешь?
        – Конечно.
        – И на всякие заседания, доклады, прошения…
        – Разумеется.
        – И тебе не хочется пустить их в ход?
        – Каждый раз.
        Друзья расхохотались.

        На мостике оказалось довольно людно.
        Во-первых, там был Вард, а его могучая фигура была способна заполнить собой помещение любых размеров до степени «многолюдно». Во-вторых, за штурвалом корабля оказалась седовласая одноглазая девчонка, о которой Скволл успел, рассказывая о Сейфере, упомянуть – Фудьзин. Рядом, на месте штурмана, сидел мускулистый загорелый детина, закинувший ногу на ногу и прижимавший одной рукой левый бок – по всей видимости, неразлучный с ней Райдьзин. В-третьих – двое солдат в гальбадианской униформе.
        Закованный в металл и красную кожу офицер обернулся к вошедшим и сделал два шага вперед.
        – Лейтенант Биггс, восьмой отряд, тринадцатая воинская часть сил технической поддержки, кто из вас главный?
        Лагуна растерянно посмотрел на Кироса, затем на Варда, словно надеясь, что кто-нибудь из них возьмет эту роль на себя. Но не найдя поддержки у друзей, пожал плечами:
        – Я, наверное. Лагуна Лоир. Президент Эстара.
        Лицо офицера не изменилось, хотя в глазах мелькнули и недоверие, и сверхъестественный ужас. Но вид беззаботного мужчины в помятой и испачканной рубашке, свисающей поверх не менее непрезентабельных штанов, из карманов которых тот так и не достал руки, явно не стыковался в его мозгу с тем образом правителя ксенофобного Эстара, который он себе когда-то нарисовал. Однако так и вертевшийся на языке вопрос: «правда, что ли?», он всё же не задал.
        – Хорошо. В таком случае я должен вам сообщить следующее: в грузовом отсеке корабля расположился мой отряд. Двенадцать человек…
        «И сейчас он скажет, что корабль захвачен?..» – устало подумал Лоир, ощупывая в кармане прохладный металл гранаты.
        – Прошу считать нас военнопленными. Мы сдаемся.
        – О… – глубокомысленно изрек Лагуна.
        Затем президент повернулся к Киросу.
        – И что нам с ними делать?
        – Сэр, – подал голос второй гальбадианец. – Рядовой Ведж, сэр. Если у вас еще нет никаких идей относительно нас, сэр, разрешите мне внести предложение.
        – Валяй, – пожал плечами Лоир.
        – Мы были бы вам очень признательны, если бы вы оставили нас в качестве военнопленных на этом корабле еще на некоторое время. А наши техники позаботятся о его ремонте и нормальном функционировании, пока всё… всё это не закончится… как-нибудь… Или же, если мы вам не нужны, мы были бы несказанно рады, сэр, если бы вы доставили нас в Гальбадию, в идеале – к городу Делинг, сэр.
        Лагуна задумчиво поскреб подбородок и окинул обоих солдат оценивающим взглядом.
        – А, почему бы и нет, – махнул он рукой. – Проверьте для начала все системы. Будем пролетать неподалеку от Гальбадии – забросим вас в город. В конце концов, мы с вами коллеги.
        – Сэр? – синхронно удивились солдаты.
        – Так мы ж тоже гальбадианцы! – весело пояснил мужчина. – Тоже служили в армии.
        – А как же вы стали президентом Эстара?!
        – Ну… пришли, надавали по рогам здешней волшебнице, а потом у местных повстанцев не оказалось никого лучше на эту роль.
        Парочка недоверчиво переглянулась.
        – Л-ладно, спасибо, сэр, – неуверенно пробормотал Биггс. С вашего позволения мы пройдем к остальным.
        Лоир кивнул, проводил взглядом гальбадианцев, после чего подошел к Фудьзин.
        – Куда? – без лишних слов спросила она.
        – В Эстар.
        Девушка одарила его взглядом, которого обычно удостаивался Райдьзин.
        – Ну… – он взглянул в иллюминаторы, но по сторонам простиралось лишь бесконечное небо, а внизу лишенная каких-либо ориентиров пустыня. – Наверное, куда-то туда…
        Еще один взгляд Фудьзин подкрепила красноречивым жестом, ткнув в дисплей на приборной панели, исчерченный координатной сеткой.
        Видя, что и это не возымело эффекта, она попыталась высвободить ноги из креплений, чтобы прибегнуть к более детальным пояснениям, понятным даже безмозглому напарнику. Но на помощь Лагуне, у которого с картами с самого начала сложились довольно своеобразные отношения, пришел Вард. Обходясь без слов, он парой жестов объяснил девушке, куда следует направить корабль, и тот, сделав крутой вираж, направился к укрытому пологом невидимости городу.
        – Слушай, – подал голос Кирос, – мне кажется, что эта штука одной Пандорой не ограничится…
        – А то! Слыхал – что Док рассказывал? Сжатие времени, прошлое в будущем, будущее в настоящем, настоящее хрен знает где. Всемирный трындец! Он, правда, выдвигал несколько вариантов развития событий. По другому, например, время должно было измениться сразу. По третьему – создаться параллельная вселенная, где все, значит, живы и счастливы, а мы испытываем все прелести знакомства с жаждущей власти над миром волшебницей… А четвертый вообще предполагал этот… коллапс с уничтожением известной нам вселенной или большей ее частью. Так что нам, можно сказать, повезло. А будет везти и дальше – ребята справятся раньше, чем нам доведется самим записаться в путешественники во времени…
        – И я о том. В свете этого, возвращаться в Эстар – не лучшая идея. Если область сжатия будет распространяться только из одного места и во всех направлениях, то Эстар одним из первых окажется в ее границах.
        – Да знаю, знаю. Просто хочу убедиться, что люди эвакуированы, опять же – Эдею надо забрать. Ей вообще лучше держаться от всех этих временных искажений подальше. А то еще забросит в будущее, а потом окажется, что она – и есть Ультимеция…
        – Не доверяешь ей?
        – Да нет… просто как-то мало я в своей жизни встречал хороших волшебниц…
        – А помнишь тогда, на съемках?
        – О! Точно! И ведь ненастоящая была! И то чуть не сожрали!
        Они рассмеялись.
        – К слову о рыцарях. Где этот, белобрысый? Вард?
        – Мы его… в лазарет положили, – вместо немногословного великана ответил впервые заговоривший Райдьзин. При этом слова ему явно давались с трудом.
        – А у нас есть лазарет? – удивился Лоир.
        – Конечно, – не меньше него удивился Райдьзин. – Классный. Вот нам бы та… такое железо в Б… Баламб.
        – Ты плохо выглядишь, юноша, – подошел к ним Кирос.
        – Угу, тебе бы самому там отлежаться, – кивнул Лагуна.
        – Да… все нормуль! Царапина, понимаешь… Опять же Фудьзин навигатор нужен!
        – Прочь! – в свою очередь ответила девушка. – Бегом!
        Здоровяк недовольно поморщился, но все же привстал с кресла… а потом, тяжело охнув, осел обратно. Темно-синий джинсовый жилет откинулся прочь, открыв залитый кровью бок. Большая часть ее уже свернулась и подсохла, но из широкой раны, раскрывшей пухлые губы, продолжали сочиться капельки крови.
        – Твою же мать! – выдохнул Лоир. – Вард, помоги!
        Вместе они подняли застонавшего парня на ноги и поволокли к лифту.
        – Нужна помощь? – поинтересовался Кирос.
        – Нет, останься здесь, вдруг ей что-нибудь понадобится, – помотал головой Лагуна, и, чувствуя, как начинают предательски подергиваться мышцы на ноге, пошел дальше.

        К тому времени как Лагуна и Вард добрались до лазарета, Райдьзин отключился и кулем обмяк у них на руках.
        Небольшое помещение с неярко светящимися стенами было лишено перемигивающейся светодиодами аппаратуры, стеллажей с заставленными всевозможными склянками полочками и прочих атрибутов лазарета. Лишь стоящие на небольшом расстоянии друг от друга койки, у одной из которых спиной к вошедшим сидела Эллона.
        Подтащив свою ношу к ближайшей лежанке, мужчины водрузили на нее бессознательного Райдьзина, и тот моментально провалился в казавшийся плотным пластик. Последний засветился холодным белым светом, а затем на теле пациента стремительно развернулась, расцвела тонкая серебряная паутинка.
        Вард отошел в сторону и вопросительно посмотрел на Лагуну. Тот отрицательно кивнул.
        – Иди, я потом приду.
        Здоровяк кивнул и, пригнувшись, чтобы не задеть низкую притолоку, вышел из комнаты.
        Лагуна улыбнулся обернувшейся девушке и подошел к ней.
        – Как больной? – весело поинтересовался он.
        Сейфер, опутанный точно такой же паутинкой, вздрогнул. Девушка, все это время мягко поглаживающая его по волосам, прижала попытавшегося подняться парня и быстро шепнула:
        – Лежи, это друг.
        – Лагуна Лоир, президент Эстара, – представился мужчина, а после паузы добавил: – По совместительству отец Скволла.
        – Друг, значит? – лицо Сейфера исказила кривая ухмылка. – Ты как, меня прямо тут порежешь или дождемся казни?
        – Да брось ты, – беззаботно отмахнулся Лоир. – Что за молодежь пошла? Напридумывают себе всякого… В конце концов, ничего непоправимого ты не сделал.
        – Да ну? – хмыкнул юноша.
        – Ну, да, – пожал плечами Лагуна. – Риноа, несмотря на все твои старания, осталась жива.
        Щека Сейфера дернулась.
        – Адель на тот свет отправили. Осталось разобраться с Ультимецией. Скоро ребята начистят ей морду лица и…
        – Наивный идиот, – констатировал Сейфер. Разлепил один глаз, скосил на Лагуну, а потом расхохотался.
        – Свихнулся бедолага, – прокомментировал Лоир.
        – Это же ты! Ты! – сквозь смех и кашель простонал Алмази. – Ты снимался в том древнем фильме про волшебницу и рыцаря!
        – Ну, было дело, лет двадцать назад, – пожал плечами Лагуна. – А у тебя сейчас раны откроются.
        Но Сейфер продолжал хохотать, и только когда слезы покатились у него из глаз, а кашель стал преобладать над смехом, он наконец успокоился, но еще с минуту издавал сдавленные смешки.
        – Я ж с тебя, дурака, пример брал…
        – Эх… никакого уважения к старшим, – горестно изрек Лоир. – Ладно, «рыцарь», поправляйся. Казни не будет, это я тебе обещаю. Но вот со своими сам будешь объясняться. Ребята тебя, думаю, простят. А вот руководство – не знаю…
        Мужчина развернулся и направился к выходу.
        – Почему ты… так веришь в них?
        – Это же очевидно. С ними мой сын. А если отец не верит в собственного ребенка, значит он на редкость хреновый отец.
        Дверь за президентом закрылась.
        – Вот дубина, – обронил Алмази.
        – Ты хочешь быть вместе с ними? – спросила Эллона.
        – Помереть черт знает где, в компании малолетних идиотов?.. Наверное.
        – Они не умрут. Скоро мы их увидим. Не волнуйся, они победят.
        – Это у вас наследственное? – скривился Алмази.
        – Что? – удивилась девушка. – А… ты решил, что дядя Лагуна мой папа?
        – А это не так?
        – Мои родители… умерли, давно. Я жила вместе с ним и Рейн – мамой Скволла. Так что он и дядя-то мне не родной…
        – Значит, это заразно… – констатировал Сейфер.
        – Нет, – покачала головой девушка. – Я просто знаю, что они вернутся. Я… видела это.
        – Похоже, меня слишком часто били по голове… Во всяком случае, я не припомню, чтобы тебя называли провидицей. Или ты тоже в волшебницы подалась?
        – Нет, – пожала плечами девушка. – Просто другая я, из будущего, не очень далекого, воспользовалась своими способностями, чтобы прожить жизнь заново. Она путешествует по моим… по своим воспоминаниям, а я невольно вспоминаю то, что еще не случилось.
        Алмази горько усмехнулся.
        – Знаешь, я начинаю чувствовать себя полным неудачником. Обыкновенная девчонка вдруг оказалась волшебницей. Жизнерадостный идиот умудрился стать отличным бойцом. А я несколько раз подряд проиграл неуверенному в себе слабаку. Теперь вот еще и ты начала видеть будущее.
        – Скволл не такой… братишка.
        – А ты ничуть не изменилась, сестренка. Все так же его защищаешь.
        Элли улыбнулась и взъерошила парню волосы.
        – Ты тоже… Спи, не бойся, я не оставлю тебя одного.
        Алмази вздрогнул.
        – Знаешь, я ведь из-за тебя его так ненавидел… Думал, что ты ушла из-за его вечного нытья…
        – Знаю.
        – Прости, сестренка…
        – Давно простила.
        Рука Эллоны легла юноше на лицо, и тот послушно закрыл глаза…

        Корабль заложил круг над аэровокзалом, а затем плавно опустился на свободную посадочную площадку.
        Их уже ждали. Эдея Крамер, сменившая пышное одеяние волшебницы на простое серое платье, доктор Одайн в своем извечном костюме с чудовищных размеров полосатым воротником и два его ассистента из лаборатории, застывшие позади низкорослого ученого подобно статуям.
        Сбежав по трапу, Лагуна отвесил полупоклон и простер руку к кораблю.
        – Прошу вас, леди и джентльмены, в последний оплот порядка в бушующем океане хаоса.
        – Безвременья, кретин, – ответил ученый даже не пошелохнувшись. – Убирайтесь побыстрее отсюда и не отвлекайте меня от работы.
        – Эээ, – озадаченно протянул Лагуна, скребя затылок, – вы не летите?
        – Разумеется, нет, идиот! – всплеснул руками ученый. – Или ты оглох? Через час зона сжатия времени доберется до города, и я обязан провести все возможные наблюдения и зафиксировать параметры этого уникального явления!
        – Да, бросьте, Док! – попытался переубедить упрямца Лоир. – Что мы будем делать, если ваша светлая голова затеряется в будущем или прошлом?!
        – Равно то, что сейчас, мистер президент, – поджав губы, фыркнул ученый. – Мешать научному прогрессу, совершая идиотские действия и заражая своим бездельем окружающих. Я все сказал.
        Лагуна тяжело вздохнул, потом махнул рукой.
        – Как знаете, Док. Родина вас не забудет.
        Ученый лишь еще раз хмыкнул и развернулся. Выпрямившаяся за время разговора спина старика сгорбилась, он раздраженно махнул рукой сопровождающим и в извечной суетливой манере потопал прочь, глядя в землю отсутствующим взглядом.
        Эдея шагнула в сторону корабля и улыбнулась мужчине. В ней не осталось ничего от грозной и надменной волшебницы, повелительницы Гальбадии, аватары Ультимеции. Скромная провинциального вида дама с правильными чертами лица, теплой улыбкой и очень усталым взглядом. Лишь изящный золотой браслет, оплетающий левую руку, напоминал об ее истинной сущности.
        – Док! – запоздало воскликнул Лагуна.
        Отошедший на приличное расстояние ученый запнулся и едва не упал. Раздраженно обернулся.
        – Что с людьми? Всех эвакуировали?
        Ученый лишь раздраженно передернул плечами, его невнятный ответ Лоир не расслышал, а Одайн, не желая поддерживать диалог, зачастил прочь.
        Президент устало вздохнул. Мысленно обложил нелестными словами вздорного старикашку. Затем подал женщине руку, и они вместе взошли по трапу.
        – Знаете, – обратилась она к нему, – кажется, я слышала, как доктор Одайн отдавал какие-то приказы солдатам во время эвакуации. Возможно…
        – Возможно, этот полоумный гений согнал несчастных обывателей в свою лабораторию, оплел ворохом проводов и будет до последнего снимать данные об их состоянии, – закончил за нее Лоир. – Возможно, он отправил их на равнины за городом, и будет наблюдать, как они исчезают. Когда речь идет об Одайне, возможно все что угодно, госпожа… А времени, которого и так-то обычно не густо, сейчас и вовсе почти не осталось. Я лишь надеюсь, что, когда Скволл с ребятами со всем разберутся, все вернется на круги своя.
        – А вы, я вижу, ничуть не сомневаетесь в их победе, – улыбнулась женщина.
        – Как можно? Я уже говорил вашему подопечному – если отец не верит в собственного ребенка, значит фиговый из него папаша.
        – Это, которому из… – уточнила Эдея
        – Да вашему «рыцарю». Валяется у нас в лазарете с парой дырок в туловище. Но ничего, жить будет. И друзья его здесь.
        – Сейфер… Это я виновата, что он…
        – Бросьте, госпожа Крамер, – отмахнулся Лоир. – Никто ни в чем не виноват, кроме одной сволочной ведьмы из будущего. Кстати, я ведь так и не поблагодарил вас за то, что вы присматривали за моими оболтусами.
        – Элли очень умненькая девочка, – не согласилась волшебница.
        – Ай, что он, что она – два сапога пара! Вам не рассказывали, как я из-за нее на другой континент рванул? И ведь сказано же было – не высовываться из дома без спроса. И что в результате? Только дядя Лагуна отвернулся, а малявка уже катится прочь из мирного городка в обществе эстарских головорезов!
        Корабль убрал трап. Вздрогнул и медленно стал подниматься над посадочной площадкой.
        – Все равно она умница, – сказала женщина, следуя по коридорам корабля за Лагуной. – Видели бы вы нашу первую встречу. Представляете: едем мы с мужем на пароме. Сид только-только прикупил домик у заброшенного маяка на краю света, где мы решили устроить приют. Едем в компании детишек-сирот, перед посадкой всех пересчитали, всю дорогу следили, чтобы за борт кто не упал – маленькие же, глупые. И вот, приплыли. Сходим с корабля. Сперва считаем по головам – и детишек оказывается надвое больше!
        – Да, Элли рассказывала, как вместе со Скволлом пробралась на паром и всю дорогу эти балбесы пролежали на дне лодки, укрывшись брезентом, после чего оба схватили чуть ли не воспаление легких.
        – Я их потом три недели выхаживала, – кивнула женщина. – Но тогда малышка меня поразила. Вышла вперед, ведя за руку малыша, и, то и дело шмыгая сопливым носом, говорит – берите нас к себе, мы должны спасти мир.
        Эдея тихонько засмеялась, а Лагуна остановился, возмущенно уткнув руки в бока.
        – Что такое?
        – А мне, морда такая, ничего такого не говорила! – в голосе президента были и нотки обиды, и искреннее восхищение волей и решимостью ставшей родной девчонки. – Нет, ну это надо?! Она даже сейчас мне ничего про это не сказала! Я, значит, собираю волю в кулак и верю в своего сынишку, а эта партизанка точно знает, чем все закончится!
        – Не обижайтесь, – женщина положила руку ему на плечо. – Я тоже знаю – чем все закончится. Но никому об этом не говорила. Понимаете, будущее…
        – Это слишком важно, чтобы доверять его создание безответственным типам вроде меня, – рассмеялся Лоир. – Я понимаю.
        Они направились к мостику.
        – Но с Эллоной я об этом еще поговорю!..
        – Лагуна…
        – И не надо меня отговаривать! В конце концов, президент я или хрен собачий?!.. Пардон, мадам.
        – Ничего, – улыбнулась женщина. – Послушайте, а что бы вы ответили, если бы она предложила вам рассказать чем все закончится?
        – Естественно, я ответил бы то же, что отвечу вам!
        Эдея с интересом посмотрела в лицо мужчине.
        – Я это и так знаю. Мой сын не может пасть от лап какой-то злобной властолюбивой тетки!
        – Тогда, я не стану вам предлагать…
        – И это правильно… Но от объяснений она все равно не отвертится! Я сказал!
        Лоир топнул ногой и тут же взвыл, проклиная все на свете…

        – Добрый день, госпожа Крамер, – поклонился Кирос, когда Лагуна и Эдея сошли с площадки поднявшего их лифта. – Как вы себя чувствуете?
        – Благодарю, превосходно.
        – Вам понравилось пребывание в нашем городе?
        – Вне всякого сомнения, – улыбнулась женщина. – Словно я попала в сказку. Безумная фантазия, воплотившаяся в жизнь.
        – Ну, по части безумств, это, в первую очередь, заслуга Дока, – встрял Лоир. – Да и Адель, какой бы сволочью не была, сделала для Эстара немало.
        Между тем Лоир послал другу недоуменный взгляд, мол: «чего это ты вдруг начал рассыпаться в любезностях перед ней?». Нет, хамом Кирос, конечно же, не был. Наоборот, из всей их неразлучной троицы темнокожий советник вел себя наиболее культурно и сдержанно. Но любви к светской болтовне Лоир за ним прежде не замечал.
        В ответ Кирос на секунду округлил глаза, что в переводе Лагуны означало: «молчи, дурак, я знаю что делаю, и потом все тебе объясню».
        За неимением лучших вариантов, мужчина кивнул и, присев на ближайший стул, принялся разминать затекшую ногу.
        Сидящая у штурвала Фудьзин чуть повернула голову, взглянула на женщину единственным глазом, и каменное лицо девушки впервые дрогнуло. Сменяя друг друга, по нему прокатились волны эмоций. И из-под тени горечи и раскаянья проступило бледное отражение искренней радости.
        Губы девушки дрогнули, она беззвучно пошевелила ими словно разминая перед сложной задачей, а затем медленно, едва ли не по слогам, запнувшись посередине, проговорила:
        – Здрав… ствуйте.
        Эдея присела рядом с ней и обняла девушку за шею, прижав к себе. Корабль слегка повело в сторону, но уже спустя секунду он выровнялся и замер в умелых руках, позволивших себе вздрогнуть лишь раз.
        – А где Райдьзин? – освободив девушку от объятий, спросила Эдея, продолжая сидеть на корточках подле нее. – С ним все хорошо? Он…
        – Жить будет, – ответил Лоир. – Отдыхает в лазарете вместе с Сейфером. – Поправится, наверное, раньше. Первому–то неслабо досталось…
        Женщина кивнула, выпрямилась, предварительно еще раз обняв за шею Фудьзин, чем заставила обычно бледную кожу девушки налиться краской.
        – Куда летим? – поинтересовался Кирос.
        – Так-с… Думаю, для начала в Делинг. Сбросим наших «пленников». А потом… там видно будет. Я лично хотел бы побывать в Винхилле, но, думаю, госпожа Крамер хотела бы вернуться в Баламб?
        – С этим, боюсь, возникнут проблемы, – покачала головой женщина. – В самом городе мне делать нечего, а сад может быть где угодно. На пути сюда мы пришвартовались в Горизонте. Но уверена, что сад оттуда уже улетел. Впрочем, это по пути. Если будет не сложно – давайте туда заглянем.
        – Заметано! – кивнул Лагуна. – Итак, летим к Горизонту, потом в Делинг, высаживаем пассажиров, потом в Винхилл.
        Вард коротко кивнул и несколькими жестами объяснил Фудьзин что от нее требуется. Корабль быстро набрал скорость и устремился в сторону океана.
        – Я не спросила, – продолжила Эдея, – а что за пленники у вас на борту? Ведь речь не о моих мальчишках?
        – Нет, – покачал головой Лоир. – У нас тут на корабле целый отряд добровольно сдавшихся гальбадианских солдат!
        – Понятно… – с неопределенной интонацией кивнула волшебница. – Простите, Лагуна, а нет ли тут места, где можно чуть-чуть…
        – Ох, простите, – Лоир хлопнул себя по лбу рукой. – Я совсем забыл, что в наше отсутствие вы коротали время в обществе Одайна. Он вас хоть покормил?
        – Да, не волнуйтесь, – заулыбалась женщина, – я ела перед самым вылетом. А вот поспать в последние сутки и впрямь не удалось.
        – Понятно. Вард, ты, наверное, Фудьзин пока не нужен – проводи, пожалуйста, госпожу Эдею в пассажирский отсек, – президент обернулся к женщине. – Там удобные кресла, их можно разложить в подобие койки, рядом бар, туалет. Где-то там обитал холодильник, если все же проголодаетесь – кажется, наши парни его вычистили от того, что там лет пятнадцать жило, и загрузили какую-то еду. Если только этот ваш мальчик с татуировкой на лице и вечно голодным взглядом все не слопал.
        – Малыш Зелл? – улыбнулась Эдея. – Едва ли. У него только глаза завидущие. Помню, в детстве он с ребятами спорил, что в одиночку слопает целую кучу пирожных. Третьим он подавился, и потом месяца два смотреть на них не мог.
        Вард поднялся с места штурмана и, протянув женщине руку, провел ее к лифту.
        Когда они скрылись из виду, Лагуна ухватил Кироса за рукав и оттащил в сторонку так, чтобы особенно не смущать разговорами Фудьзин.
        – И чего это было?
        – Друг мой, я выполняю твою работу, – снисходительно улыбнулся тот.
        – Какую это мою «работу»?!
        – Налаживаю контакты с правительствами других государств. Ты ведь понимаешь, что времена, когда Эстар был закрытым, недоступным ни для кого местом, прошли?
        – Понимаю, но…
        – Появится необходимость в общении с соседями, в том числе и за океаном. Они в свою очередь дадут возможность наладить торговые отношения и отойти, наконец, от использования черного рынка и подставных лиц для закупок некоторых ресурсов…
        – Да знаю я это все! При чем тут Эдея?! – не выдержал Лагуна.
        – Друг мой, неужели ты забыл, что она все еще остается единоличным правителем Гальбадии?
        Лагуна на минуту застыл. Затем помотал головой:
        – Не неси чушь! Тогда ей управляла Ультимеция, сейчас все придет в норму, она передаст полномочия временному правительству, то изберет нового президента…
        – Да, ей управляли, да, все изменится, но вот насчет передачи полномочий. Я не был бы так уверен. Скорее даже наоборот…
        – Делай, как знаешь, – махнул рукой Лоир. – Мое мнение на этот счет ты слышал… но от перестраховки еще никому хуже не было… Вот только не надо переводить наши с ней разговоры на уровень светских раутов. Нормальная тетка, и незачем ее портить. Мне своей аристократии хватает, чтоб язык переломать. Договорились?
        Кирос кивнул.

        Эдея и Вард вошли в салон корабля. По пути им встретился всего один гальбадианский солдат, ползающий под гроздьями вытянутых из стены силовых линий с измерительными приборами. Парень приветливо махнул рукой Варду, а, увидев его в компании женщину, не поленился вылезти и отвесить ей поклон. Волшебница же искренне порадовалась, что избавилась от яркого макияжа, большей части украшений и самого облачения, в котором ее запомнил весь мир. Иначе бедолага, чего доброго, схлопотал бы инфаркт на почве нервного потрясения.
        Женщина прошла в конец зала со стоящими в два ряда креслами и присела на одно из последних, расположенное у самого носа корабля, где большей частью прозрачные стены сближались, открывая потрясающий панорамный вид.
        Вард двинулся к выходу, но Эдея окликнула его:
        – Подожди.
        Мужчина остановился и терпеливо застыл.
        – Подойди, присядь.
        Здоровяк подошел к ней, одарил оценивающим взглядом соседнее кресло и, уверившись, что то его выдержит, уселся на него.
        Темный океан внизу, голубое чуть затянутое облачками небо вверху и тонкая белесая грань между ними стремительно летели им навстречу.
        Минула минута, другая. Наконец Эдея, повернув голову к соседу, спросила:
        – Вард, почему ты всегда молчишь?
        Его брови чуть изогнулись. Затем он указал двумя пальцами на скрытое под складками мантии горло.
        Эдея покачала головой.
        – Я знаю про твою травму. Кирос и Лагуна рассказывали. Но ее последствий давно не стало. И это не удивительно. С учетом вашего технического прогресса, любое повреждение подобного рода можно было бы с легкостью излечить. Так почему ты не говоришь?
        Вард вздохнул.
        – Потому что мне это не нужно, – сказал он ровным глубоким голосом. – И голос ко мне действительно давно вернулся. Вот только наши технологии тут ни при чем.
        – Магия?
        – Можно сказать и так. Когда я работал в гальбадианской тюрьме, мне как-то довелось спасти одного мумбу. Удивительные существа. Их считают полуразумными, используют в качестве дешевой рабочей силы – бедолаги работают за еду. А в благодарность он… Просто приложил свои пушистые лапки к моему горлу. И на следующий день я понял, что снова могу говорить.
        – Почему же ты продолжаешь молчать?
        – Тогда мне было просто страшно. Страшно попытаться. Вдруг не получится? Вдруг это лишь иллюзия, отчаянная надежда? Глупо конечно. Но я жил с этим чувством пять лет. А за такой срок мое отношение к речи сильно изменилось. Когда ты все время молчишь, это меняет психологию, сознание. Я стал много читать, стал замечать то, чего не видели другие. И мне уже не хотелось все это терять. Вновь становиться прежним, не блещущим умом Вардом. Я ведь теперь даже книги пишу. Не под своим именем, конечно, но все же. А наш разговорчивый капитан так ничего и не заметил. Даже когда я из озорства подбросил ему рассказ по мотивам наших собственных приключений.
        – Так твои друзья не знают?
        – Кирос знает. Через три года с тех пор как мы заморозили Адель, он сделал те же выводы что и вы. А потом… в общем, он заставил меня заговорить… С вашего позволения, я не буду описывать способ и не буду цитировать первые свои слова.
        Эдея смущенно прикрыла ладошкой рот, но глаза ее весело заблестели.
        – А Лагуне рассказать не хочешь?
        – Зачем? Я действительно мало говорю. Очень редко с Киросом и еще реже, когда рядом никого нет. А если он узнает… Лучше не надо. Не говорите никому, пожалуйста.
        Эдея вздохнула, но согласно кивнула, сказала:
        – Я, наверное, все же посплю.
        – Конечно.
        – Вард…
        Он не ответил, лишь привычным движением приподнял брови.
        – Ты не мог бы остаться здесь? Ненадолго… Я так привыкла, что рядом есть… рыцарь. И теперь мне становится страшно, когда я остаюсь одна.
        Вард кивнул.

        Проснулся Лагуна от ощущения падения. И уже через секунду влетел головой в прыгнувший на него пол. Сквозь поднявшийся гул, усугубляемый болью от удара и умирающими останками безусловно прекрасного сна.
        Его швырнуло в сторону, но на этот раз от удара головой о твердые предметы его спас подхвативший друга Кирос. С трудом приняв вертикальное положение, Лоир огляделся по сторонам, отчаянно моргая и мотая головой.
        Наконец залепившая уши вата распалась, и на него обрушился поток отборной брани, без запинок и пауз изрекаемой Фудьзин. Невольно заслушавшись, Лагуна не сразу осознал что же стало причиной необычайного многословия девушки. Но и неведение продлилось недолго – прекрасно понявший состояние друга Кирос, развернул его в сторону левого окна и ткнул в него рукой.
        За ним не было ничего, кроме уже привычных океана, неба, полосы горизонта… и целой армады ярко-алых драконов, сверкающих чешуйчатыми боками и несущихся наперерез.
        – Вправо!!! – закричал он.
        – Вверх!!! – в унисон с ним орал Кирос.
        Но Фудьзин не обратила на их крики внимания. Корабль ушел вниз и едва не нырнул в потянувшиеся вверх воды. На мониторах, транслирующих изображение с камер заднего вида, было видно, как вода вскипает и обращается паром под вырывающимися из реактивных двигателей струями пламени.
        Несколько секунд – и свет солнца заслонили десятки исполинских тел, яростно работающих огромными крыльями. Корабль швырнуло в сторону. В бок ударила поднятая воздушными потоками волна, но Фудьзин удержала «Рагнарёк» от погружения в воду и спустя мучительно долгую минуту потянула штурвал на себя.
        Корабль взмыл вверх.
        – Охренеть, – одним словом Лоир описал всю гамму охвативших его противоречивых чувств.
        – Как метко сказано, друг мой, – заметил Кирос, вновь поворачивая президента к окну. Указывать куда именно смотреть на этот раз уже не требовалось.
        В той стороне, откуда так отчаянно удирали драконы, от океанских вод до небес вздымалась стена. Внизу она еще имела темный коричневатый оттенок и кое-где поблескивала на солнце. Остальная же ее часть была угольно черной, и один ее вид заставил тело покрыться липким холодным потом.
        Корабль, повинуясь пилоту, начал менять курс, и в этот момент от аспидно-черной громады, пожирающей океан, отделилась голубая, едва уловимая дымка. А спустя мгновение она, свернувшись сапфирным хлыстом, расчертила ударом исчезающий мир. Сверкающие брызги упали на багровый корпус корабля и беспрепятственно прошли сквозь него, осыпавшись на гребни волн.
        – Мы… – голос дрогнул, Лагуна нервно дернул щекой и прокашлялся. – Мы еще тут?
        – Похоже, мой друг, – прокомментировал Кирос.
        – Леди, рвем когти отсюда! – крикнул Лоир.
        Фудьзин кивнула. Корабль продолжил разворот, и вскоре поглощающая все на своем пути стена скрылась из зоны прямого обзора.
        – Полеты в Гальбадию отменяются, – продолжил Лагуна. – Летим за чешуйчатыми. Мне кажется, эти зверюги знают что делают!
        Позади раздался звук поднимающегося лифта, мужчины обернулись…


        Они бежали по коридорам захваченного корабля. Капитан, лишившийся своего судна. Врач, с ног до головы вымазанная в крови. И совсем еще юный мальчишка – второй пилот. Бежали от проникших на борт тварей, в считанные часы перебивших всю команду «Рагнарёка».
        Позади остался шлюз, где две зеленые гадины, закованные в черный хитин, дожирали останки экипажа. Впереди в свете алых тревожных огней мелькнула уродливая тень. Все трое, не сговариваясь, бросились к стене, в которой зиял черный провал технического тоннеля. Пробежали по узкому лазу, осторожно высунулись наружу, огляделись по сторонам. Никого.
        Капитан вышел первым, следом за ним врач, потом мальчишка.
        Вновь поглядев за спины, они быстро зашагали в сторону ангара, стараясь вместе с тем ступать как можно тише, не создавая лишнего шума. Они так отчаянно стремились пробраться к шлюзу в надежде на спасение, а теперь были вынуждены возвращаться назад в рубку, в теории все еще остающуюся безопасным местом. Единственным безопасным местом на корабле… Вот только главный реактор заглох и на его реанимацию уйдут месяцы, система же авторемонта на одной только энергии, аккумулируемой солнечными батареями, не справится с этой задачей и за целый год. А запаса воды на мостике им хватит в лучшем случае на несколько дней…
        Идущий впереди Капитан не столько увидел, сколько почувствовал неладное. Обернулся, но было уже поздно. В заканчивающемся тупиком ответвлении от главного коридора полыхнула рыжим светом голова чудовища. Конусообразная, полупрозрачная, с маслянистой жижей внутри, в которой медленно подрагивали три крупных кристалла.
        Когда длинная узловатая лапа пропагатора вонзила в спину мальчишки когтистую пятерню, тот взвыл, выгнулся дугой, дернулся вперед, пытаясь вырваться из лап чудовища… Поздно. Кривые пальцы сомкнулись на позвоночнике жертвы и рванули ее на себя.
        Все еще отчаянно орущий парень исчез во мраке.
        – Бланк!!! – закричала врач и рванулась следом.
        Ухвативший ее капитан ударил женщину по лицу. Разжать кулак, чтобы отвесить пощечину, он так и не сумел – пальцы до боли впились в ладонь, щелкнули уже немолодые суставы. Оттого удар оказался неожиданно сильным и едва не вышиб из доктора дух. Из разбитого носа полилась кровь. Голову повело. Мужчина же ухватил ее за руку и потащил за собой, бегом направляясь прочь.
        Сзади послышался хруст перемалываемых гигантской пастью костей. Затем – топот звериных лап и скрежет когтей по металлу.
        Из-за поворота показалась дверь ангара. Закрыта. Капитан чертыхнулся. Бросил быстрый взгляд на женщину. Та бежала, утирая свободной рукой окровавленное лицо и размазывая свежие алые капли по уже засохшей коричневой корке, покрывающей одежду. Но делала она это механически, взгляд был пустым и бессмысленным. От идеи пустить ее вперед, а самому броситься в пасть чудовищу, чтобы выиграть немного времени, пришлось отказаться. Мысль же поменяться ролями даже не родилась в голове старого офицера.
        Понимая всю бесперспективность их положения, он все же бежал вперед, таща за собой женщину. Чудовище же за их спинами, ловко перебирая пятеркой трехпалых ног и помогая себе длинными передними лапищами, стремительно сокращало дистанцию, отделяющую его от убегающих жертв.
        На мгновение свет перед глазами капитана померк. Он моргнул, стряхивая с ресниц крупные градины едкого пота, а затем с изумлением увидел, что запертые двери ангара вдруг начали раздвигаться в стороны.
        За ними в ярких лучах ламп дневного света выстроилась шеренга людей в темно-синей военной униформе.
        «Гальбадианцы!» – от изумления мужчина едва не остановился, но все же продолжил бежать.
        Монстр позади издал яростный рёв, разверзнув зубастую вытянутую пасть, росшую прямо из толстого брюха, в которой еще болтались ошметки несчастного юнца. Оперся лапами о силовые кабели, идущие вдоль стен коридора, и подбросил себя вверх, совершив чудовищный скачок.
        Солдаты вскинули автоматы. Щелкнули затворы. И капитан сделал единственное, на что ещё хватило времени – подставил ведомой женщине ногу и сам ничком рухнул на пол.
        Грохнул автоматный залп.


        Сейфер очнулся. Не открывая глаз, прислушался. Рядом тихонько посапывала Эллона. Чуть дальше громогласно храпел Райдьзин. Больше…
        Алмази прислушался и наконец понял, из-за чего проснулся: где-то стреляли. Стены почти не пропускали грохота выстрелов, но тонкий слух все же уловил далекий автоматный стрекот.
        Парень приподнялся. Грудь и бок отозвались болью, но двигаться он уже был способен. Тихонько затрещала и порвалась на груди серебряная паутинка. С кожи осыпалась багровая пыль.
        Лежащая на лбу юноши рука Эллоны соскользнула на койку, девушка вздрогнула и открыла глаза. Ей хватило нескольких секунд чтобы проснуться и сориентироваться в ситуации.
        – Куда?! – она обхватила его за плечи и попробовала вновь уложить.
        – Погоди, сестренка, – с трудом заставляя ослабшие мышцы сопротивляться, остановил ее Сейфер. – Где-то стреляют.
        Она замерла. Прислушалась. Лицо ее потемнело.
        – Не важно, – уже не столь уверенно проговорила она. – Лежи, не вставай, я пойду…
        – Ага, конечно, – хмыкнул Алмази и, стиснув зубы, соскочил с кровати.
        Боли почти не было. Первые неприятные ощущения после пробуждения ушли, зато чувствовал он себя настолько ослабшим, что едва устоял на ногах.
        Оглядевшись по сторонам, он обнаружил лежащую рядом темно-синюю футболку, изодранную в клочья стараниями Скволла с компанией и не слишком уж благодарной Адели, и серый плащ, тоже драный и до кучи подпаленный по краям. Вздохнув, Алмази нацепил на себя это подобие одежды и обернулся к Элли, не забыв поблагодарить притащивших его сюда за то, что хоть штаны с него стаскивать не стали.
        Сидящая подле его койки девушка была бела как снег. Никогда Сейфер не видел, чтобы девушка чего-то боялась. Что бы ни затевали озорные обитатели приюта у маяка, она всегда оставалась спокойна, словно знала, что очередная глупость маленьких безобразников закончится без тяжелых травм и других неблагоприятных последствий. А опасных для жизни и здоровья глупостей они затевали достаточно.
        Сейчас же лицо ее исказила гримаса ужаса, глаза расширились, на лбу проступил пот, она силилась что-то сказать, но не могла и лишь протянула в сторону дрожащую руку.
        Ганблейд сам собой оказался в ладони несостоявшегося рыцаря. Но предательски дрогнул, едва Сейфер увидел… чудовище, склонившееся над безмятежно храпящим Райдьзином.
        Покачивающаяся на пяти кривых лапах гадина водила над его телом длиннющими лапами и утробно урчала, предвкушая сытный обед.
        Сейфер бросился вперед, но ноги его заплелись, и рывок, должный завершиться прыжком и стремительным ударом, едва не закончился падением. Парень все же устоял на ногах, но трехметровая тварь заметила-таки его и медленно повернула в его сторону налившийся алым конусовидный отросток, заменяющий, по всей видимости, голову.
        А потом оно отвернулось. И это его пренебрежение вывело Алмази из себя. Его, блестящего воина, талантливого ученика, человека, поставившего на уши весь белый свет, смеет игнорировать какая-то многолапая дрянь!
        Он ударил. Клинок со свистом расчертил воздух. Вонзился в черный хитин панциря. Монстр не шелохнулся. Он чувствовал себя абсолютно защищенным от нападок тщедушных существ и неторопливо готовился к трапезе. Губы юноши изогнулись в злорадной ухмылке. Палец надавил на курок.
        По лезвию меча прокатилась волна рыжего пламени. Сталь хищно блеснула и пронзила защитную скорлупу чудовища.
        Тварь взвыла, завизжала, распахнула зубастую пасть…
        Именно эту картинку и увидел пришедший в сознание Райдьзин. Одного взгляда внутрь обрамленного кривыми клыками провала ему хватило, чтобы податься назад, а убойный запах гнили сбросил его с койки.
        Чудище потянулось было за ним и благополучно рассталось с конечностью. Но и его обидчику не поздоровилось – Сейфер едва успел занести меч для нового удара, как ему в грудь врезалась трехпалая когтистая лапа.
        Парень сгруппировался, готовясь к недолгому перелету, но вместо этого чудище ловко сомкнуло на его теле когти и занесло ногу над полом, готовясь запечатлеть на нем и свой след, и отпечаток Алмази.
        Однако вместо удара послышался сухой треск, а за ним вспышка. Сейфер задрал голову и увидел, как разлетаются в стороны капли тускнеющей на глазах жидкости, вплеснувшейся из разорванной алой башки.
        – Ну, чувак… те конкретно без подвигов не прожить, – жадно глотая воздух, прохрипел Райдьзин, – они к те сами, понимаешь, липнут.
        Сейфер выбрался из-под обмякшей туши чудовища, ухмыльнулся в лицо другу и, протянув руку, помог тому подняться. Вскипевший в крови адреналин не оставил от былой усталости практически ничего.
        Сквозь потолок пролетела одинокая голубая звездочка и исчезла в полу. Все присутствующие проводили ее взглядом, а затем уперлись глазами в двух разминавших многочисленные конечности тварей, без лишних эффектов в единое мгновение материализовавшихся прямо из воздуха.
        – Наружу! – скомандовал Сейфер и выбросил в сторону ближайшего чудища левую руку. То как раз стояло напротив двери, и вызванный магией взрыв вынес их обоих в коридор. Алмази выскочил следом, махнув рукой остальным. Наконец пришедшая в себя Эллона выбежала за ним, а Райдьзин обернулся к оставшемуся в лазарете монстру, приподнявшему многообещающе затрещавший пурпурный конус.
        Дверь вместе с чудищем пролетела по холлу, затем они рухнули на пол, дверь оказалась сверху распластавшегося гада, и Сейфер, недолго думая, вскочил на нее и одним ударом снес монстру голову вместе с изрядным фрагментом мускулистой шеи.
        Эллона прильнула к стене, боясь попасть кому-нибудь под горячую руку. А выскочивший вперед спиной из лазарета Райдьзин припал на одно колено, ловя раскрытой ладонью ударившую ему вслед молнию.
        Второй разряд срикошетил в потолок, оставив в металле аккуратное эллиптическое отверстие с оплавленными краями. Третий удар все же настиг свою цель. Был он уже не так силен, что, возможно, и спасло парня. Но тело Райдьзина все равно выгнуло дугой. Над одеждой поднялся зыбкий дымок. Он заорал, но уже через секунду крик боли перешел в яростный боевой клич. И сложившиеся на груди руки связали его и врага ярчайшей серией дуг, превратившей чудище в груду горелого мяса.
        – Дядя! – Эллона первая заприметила спешащих по коридору людей.
        Лагуна, Эдея и оба советника, сейчас больше напоминающие парочку головорезов. Мантия Кироса свисала причудливой юбкой, освободив торс темнокожего воина. Вард и вовсе избавился от нее за ненадобностью – бежал в потертых джинсовых штанах, держа под мышкой огромный гарпун, с которого на пол то и дело срывались тягучие капли.
        – А, вот и еще одна маленькая обманщица! – поприветствовал ее Лоир.
        – Я?
        – Ты, ты, бессовестная девчонка! – заверил ее президент. – Мы, значит, в предсказательницы подались, что и как будет – нам наперед известно, а дяде Лагуне рассказать – хрен!
        – Но, я…
        – Тихо, слышать тебя больше не хочу! – буркнул Лоир и усмехнулся. – Минут пять точно… Так, все целы?
        – Мы в норме, но я слышал выстрелы, – подошел к ним Алмази.
        – Я тоже, – кивнул экс-солдат. – Это, видимо, наши бравые пленники. Биггс со своими подчиненными. Как знал, что парни пригодятся!
        – Неужели? – улыбнулся Кирос.
        – И с тобой я больше не разговариваю, – вновь насупился мужчина. – Это ж надо – один черт знает сколько притворяется немым, другой его покрывает…
        – Это я его попросил, – попытался вступиться за друга Вард.
        – В общем, все обо всем знают, один я, как дурак, искренне верю, что бедолага…
        Что-то очень громко рвануло поблизости. Компания взглянула за спины Сейфера и Райдьзина в холл и полюбовалась на внушительную дыру, образовавшуюся на месте пола.
        Лоир быстро заглянул за угол, и тут же нырнул обратно. Грохнул новый удар, и новая дыра образовалась уже в стене коридора.
        – Эта сволочь нам сейчас корабль угробит! – гневно воскликнул Лоир. – Ну, я ему щаз…
        – Куда?! – завопила большая часть присутствующих.
        – Прощайте, господа и дамы, – торжественно провозгласил президент, – воспользовавшись моей доверчивостью и прямодушием, вы бессовестным образом обманули меня, и, не в силах вынести позора, я ухожу на смерть. Пусть меня запомнят героем!
        На лицах присутствующих проступили неуверенные улыбки, но тут же исчезли, когда Лагуна шустро выхватил из рук Сейфера Ганблейд, повис у выхода, ухватившись за какой-то кабель под потолком, и рубанул по креплениям.
        Импровизированная лиана вынесла мужчину наружу, и тот скрылся за поворотом.
        Три залпа подряд, а потом оглушительный взрыв, сотрясший весь корабль. И тишина…
        Вся компания осторожно приблизилась к выходу и выглянула наружу.
        На фоне груды обугленных останков, опершись рукой о стену, невозмутимо стоял Лагуна. Целый и невредимый. На губах экс-солдата играла совершенно детская улыбка, а глаза горели неподдельным восторгом.
        – Ну, чего встали? – осведомился он. – Айда спасать остальных!
        Он воткнул в труп ближайшего чудовища ганблейд, перескочил через тела и побежал дальше по коридору.

        – Слушайте, кажись, мы здесь лишние! – с толикой обиды в голосе проговорил самопровозглашенный лидер группы по борьбе с паразитами, вбежав в ангар.
        Отряд солдат, выстроившись в линию, поливал из автоматов застывшего на пороге монстра. Пули летели мимо, рикошетили от стенок коридора позади него, застревали в черном хитине, но большая часть все же попадала в пятиногую тварь, вырывая из ее тела куски мяса и кровавые брызги.
        – Кажется, у нас пополнение, – заметил Кирос, глядя на парочку людей в некогда белых костюмах, с не меньшим рвением палящих по твари из пистолетов.
        Затем лицо советника изменилось. И он, не пытаясь скрыть удивление, граничащее с шоком, и неподдельную радость, закричал:
        – Аки, Грей!
        Женщина и мужчина обернулись.
        – Кирос! – вместе закричали они. – Господин президент!
        – Вы живы! – темнокожий мужчина перескочил через перила, спрыгнул с балкона второго этажа на пол ангара и бросился к старым друзьям.
        Руки его сомкнулись на пустоте.
        Он не смог подавить удивленный возглас, но инстинктивно подался назад и застыл, ошарашено глядя на колышущуюся перед ним голубую дымку, поглотившую всех людей, еще секунду назад стоящих в нескольких метрах от него.
        Закричала Эдея.
        Стоящие рядом Сейфер и Райдьзин бросились к ней. Но волшебница жестом остановила их. С левой руки упал расколовшийся пополам браслет Одайна, оставив на запястье жуткий ожог.
        – Нас все же… накрыло, – тяжело дыша, проговорила она. – Простите, ребята… Извини, Лагуна… Я не удержу это. Только… слегка направлю. Думайте… думайте о том, куда хотите попасть.
        Она закрыла глаза. Увидела мир таким, каким он стал. Некогда бескрайнее полотнище вероятностных линий теперь представляло собой туго скрученный ком, продолжающий сжиматься, стремясь превратиться в единую массу, постоянную, неизменную.
        Эдея потянулась к ярко вспыхнувшим точкам рядом с собой, осторожно взяла их в ладони и вытащила из стягивающейся паутины.
        Вспыхнули новые огни, и она потянулась к ним. Двое сами прыгнули в руки, но один упрямо отказывался уходить. Юрко мелькая меж нитей, он из последних сил…
        «Фудьзин… Девчонка пытается спасти нас, спасти корабль».
        Эдея выпустила наружу два святящихся огонька, а потом бросилась внутрь клубка. Обхватила последний, прижала к себе, поднесла к самой границе останавливающегося мира, просунула руку сквозь мелкую клеть и выпустила на волю.
        Синяя дымка окружила тело одиноко стоящей волшебницы, вздрогнула вместе с ней, а затем исчезла.
        Лишившийся пассажиров «Рагнарёк» медленно спускался вниз, взятый под контроль аварийным автопилотом. Ожившие сканеры изучали местность в поисках удобного места для посадки…

* * *

        Эдея лежала на спине и смотрела в небо. Темные кучевые облака медленно ползли по нему, щедро поливая землю бесконечным дождем. Над ней подрагивали длинные стрелы темно-зеленых трав, а в лицо дышал аромат цветочного луга, прибитый к земле сыплющейся с неба водой, но упрямо не желающий исчезать окончательно.
        Сколько она здесь лежала, волшебница не знала. Может, минуту. Может, целую вечность. Но, так или иначе, это время подошло к концу. Нужно встать и идти. Осмотреться, определить – куда она попала; решить – что делать дальше.
        Но вставать не хотелось. Дождь нещадно бил по лицу, а ветер, сбивающий капельки с трав, медленно пронизывал тело холодом. Зубы уже давно стучали, а левая ноздря отказывалась дышать. Вероятно, лежала она все-таки долго. Однако вставать все равно не хотелось. Любая мысль об этом вызывала приступ неподъемной апатии, и, вздрагивающие было конечности, безвольно обмякали.
        Где-то скрипнула дверь. Родной звук, знакомый ту самую вечность.
        Звуки шагов по лугу. Твердых, уверенных. И барабанная дробь капель дождя по чему-то матерчатому.
        Над распростершейся на траве волшебницей нависла тень.
        – Я был уверен, что найду тебя именно здесь.
        Женщина опустила взгляд и взглянула в лицо Сиду.
        Директор сада стоял над ней с зонтиком в руках и мягко улыбался. Эдея улыбнулась в ответ.
        Крамер сложил зонт, и мелкие капельки просыпались на белую рубашку, красную безрукавку, бежевые брюки, оставляя за собой темные ручейки. Мужчина поднял голову и всмотрелся в небо. Дождь забарабанил по стеклам очков. Сид снял их, убрал в нагрудный карман, прикрыл глаза и долго стоял, подставляя струям исчерченное морщинками лицо. Затем присел подле женщины.
        – Госпожа волшебница не будет против, если верный рыцарь отнесет ее в дом? – подслеповато щурясь, спросил он.
        Эдея протянула к любимому руки и обхватила мужчину за шею. Тот подхватил ее и выпрямился. На секунду задержался, взглянув на утопающий в воде луг.
        – Они справятся, – прошептала Эдея.
        – Я знаю.
        И он зашагал к дому, в окнах которого играли блики каминного пламени.
        – Тот мальчик, – тихонько проговорила женщина. – Я никогда не говорила, это был…
        – Скволл, – закончил за волшебницу Сид.
        – Всегда любила умных мужчин, – хлюпнув носом, сообщила Эдея.
        – Я начинаю ревновать, – рассмеялся директор.
        – Это хорошо…
        Женщина прижалась лицом к мокрой рубашке мужчины и закрыла глаза…

* * *

        Телевизор протяжно хрюкнул, зашипел. Серая поверхность экрана рассыпалась зернами помех, затем просветлела, и из-под шумовых полос проступило изображение.
        Сидящий за столом молодой юноша приветственно взмахнул рукой и заговорил:
        – Всем привет! Телеканал «Тимберские совы» – первый и единственный ведущий радиоволновое вещание – в моем лице рад представить своей аудитории еженедельные новости! Последние несколько дней оказались чрезвычайно насыщены событиями, которыми я и спешу с вами поделиться. Коротко о том, что вы увидите в сегодняшнем выпуске: репортаж с места проведения казни гальбадианского генерала Карвэя с весьма неожиданной развязкой; сумасшедшие обитатели всеми забытого городка; скандальное заявление единоличной правительницы Гальбадии; внеочередной фестиваль военных академий; репортаж из Трабии – на помощь уцелевшим после бомбежки пришли эстарцы; и главное событие недели – выступление Сида Крамера, прокомментировавшего поступок свой жены, а затем прояснившего ситуацию относительно происходящего в мире за последние месяцы.
        Итак, теперь подробнее об этих и других событиях. С места проведения казни опального генерала докладывает наш корреспондент. Уотс?
        – На связи, Зон. – На экране появился розовощекий парень в синей бандане. – Мы находимся на военной гальбадианской базе неподалеку от столицы, куда три дня назад был доставлен арестованный сторонниками нового правительства по обвинению в измене генерал Карвэй. Военный трибунал признал его виновным и приговорил к высшей мере наказания – смертной казни. Следующим утром взвод солдат должен был расстрелять опального военачальника, вызвавшегося самолично командовать собственным расстрелом.
        Однако эта история получила совершенно иной финал: в разгар казни, когда солдаты вскинули наизготовку автоматы, в самом прямом смысле, из воздуха перед генералом появился целый отряд гальбадианцев. Как впоследствии выяснилось, он принадлежал силам технической поддержки и был под командованием лейтенанта Биггса – сына полковника Биггса, погибшего в первую войну Гальбадии с Эстаром.
        Его карьера в последнее время стремительно покатилась вниз, и всего за полгода он из майора был разжалован до лейтенанта. Возможно, это и послужило причиной его отчаянного поступка. В любом случае, вооруженные не хуже расстрельной команды солдаты под его командованием захватили лишенную большинства защитников базу и освободили генерала, после чего заняли оборонительные позиции и не впускали на территорию базы никого до момента снятия с генерала всех обвинений, но об этом после.
        Что примечательно – кроме гальбадианских солдат на месте проведения казни появились и две другие интересные личности в неизвестной нам униформе. Мужчина и женщина. Они находились в состоянии шока и были госпитализированы, так что нам не удалось взять у них интервью. Однако, по непроверенным данным, оба считают себя пилотами эстарского космического корабля «Рагнарёк». Действительно ли умники с восточного континента продвинулись в аэронавтике настолько, что способны бороздить просторы космоса, и являются ли эти бедолаги подданными Эстара – нам неизвестно. Но что примечательно – у обоих напрочь отсутствуют воспоминания о последних двух десятилетиях. Сошли ли бедняги с ума, просто перепутали даты или оказались первыми путешественниками во времени – нам еще предстоит выяснить.
        Хочу заметить, что это не первые случаи возможного психоза, вызванного повышенной активностью страны, избегавшей со времен последней войны контактов с внешним миром. Не далее как вчера нам удалось побеседовать со вполне адекватным на первый взгляд средних лет человеком в далеком от цивилизации городке под названием Винхилл. Мужчина уверял, что является президентом Эстара, и искал способы добраться до своей вотчины. Некоторые местные жители признали в нем гальбадианского солдата, после тяжелой травмы ушедшего с военной службы и поселившегося в их городке. Однако девятнадцать лет назад он бесследно исчез, и с тех пор его никто не видел. Обыватели, попытавшиеся схватить сумасшедшего для оказания медицинской помощи, встретили неожиданный отпор со стороны двух его товарищей по несчастью, представившихся его советниками. В отличие от безобидного больного, они оказались вооружены экзотическим оружием, и лишь чудо уберегло жителей городка от сокращения численности. Отбившись от горожан, все трое подались в бега. Короткое интервью, которое мы успели заснять, вы увидите в следующем выпуске новостей.
        Справедливости ради стоит заметить, что в данном конкретном случае влияние Эстара может оказаться и не столь велико. По словам местных жителей, в округе их города то и дело происходят загадочные и необъяснимые явления, рассказы о которых у любого нормального человека способны вызвать справедливые опасения насчет их душевного здоровья. Так, например, одна из женщин на полном серьезе утверждала, что ее корову утащила летающая тарелка. А несколько мужчин рассказывали о встрече с маленьким зеленым человечком. Впрочем, последнее уже не столь интересно – кто из нас хоть раз в жизни не сталкивался с ним…
        Парень смущенно кашлянул, почесал затылок и продолжил:
        – Ввиду небольших… технических неполадок, мы не сможем показать вам выступление госпожи Эдеи Крамер. Однако к следующему выпуску постараемся восстановить не полностью уничтоженные его части; к тому времени оправится и наш оператор, присутствующий при этом событии. Пока же расскажу на словах о главном…
        В числе прочего, госпожа Крамер сняла все обвинения с опального генерала Карвэя и восстановила его в должности, что вызвало массу удивленных возгласов, как со стороны ее сторонников, так и со стороны немногочисленной оппозиции. Далее было шокирующее заявление, в котором волшебница рассказала о том, что все минувшие события – дело рук другой волшебницы, у которой она была под контролем.
        Неуверенные смешки в зале и робкий шепот довольно быстро переросли в оглушительный гвалт. Полетели оскорбительные высказывания. Люди с обеих сторон выказали… недоверие к словам волшебницы. В итоге госпожа Крамер вышла из себя и доказала, что кто бы ей раньше ни управлял, своей силы она не растеряла. Погибших по предварительным сведениям нет, но огромное количество пострадавших было доставлено в больницы Делинга. Уцелевшие осторожно поинтересовались – когда освободившаяся от чар волшебница планирует передать свои полномочия, чем навлекли на себя очередной приступ гнева госпожи Крамер, которая заявила, что в ближайшее время… не планирует передавать власть в чьи бы то ни было руки.
        Это все, что касается новостей из Гальбадии. А сейчас давайте посмотрим видеосъемку с бала, проходящего в парящей над океаном баламбской академии. К сожалению, у нашего оператора сломалась камера, а взятая у одного из студентов оказалась разряжена, так что мы заранее просим прощения за низкое качество съемки и отсутствие целостности сюжета. После записи вас ждет речь ректора сада, в которой он прокомментирует поступок своей жены и даст, наконец, ответы – что же за безумие творилось до недавнего времени в мире…

* * *

        – А вот здесь у нас собираются нарушители комендантского часа, – прокомментировал Сейфер, ведя под руку девушку. – В основном двоечники и прогульщики, нарушители садовых правил и неудачники, пришедшие поплакаться друг дружку в жилетку на несправедливость этого мира.
        Под взглядом главы дисциплинарного комитета сидящие на балконе тренировочного центра затаили дыхание и безуспешно попытались раствориться в ночном полумраке.
        – Как здесь красиво… – прошептала Эллона. – Здесь встречаются влюбленные, да?
        – А кто их, бестолочей, знает, – пожал плечами Алмази и наклонился к ближайшей парочке. – Эй, вы влюбленные или как?
        Парень и девушка сперва едва не шарахнулись друг от друга. Девчонка покраснела, потупила взор, а парень прижал ее к себе и, с вызовом глянув в лицо Алмази, ответил:
        – Да!
        – Ну вот, выходит, что влюбленные, – кивнул Сейфер и подошел к стоящей у края балкона девушке.
        – Потрясающе, – прошептала та, глядя как на плещущихся внизу волнах играют блики золотого диска, неторопливо вращающегося над самой водой. – Сейфер…
        Парень прижал ее к себе и поцеловал.
        Когда губы их разлепились, девушка хихикнула:
        – Колючий! – Потом взглянула в сторону и рассмеялась. – Смотри, вон там!
        Сейфер посмотрел. На балконе бального зала стояли Скволл и Риноа, сомкнувшие друг друга в объятиях.
        Вспыхнувший на кончиках пальцев огненный шар сорвался с руки парня и с ревом пронесся мимо влюбленных. До них донесся сдавленный крик. Когда парочка обратила на них взгляды, Сейфер усмехнулся и приветственно махнул рукой. Скволл в ответ неуверенно поднял свою. Алмази не мог различить их лица, но был уверен, что на физиономии Скволла застыла растерянная улыбка. Он рассмеялся.
        А девчонки на обоих балконах весело махали друг другу, смеялись и висли на своих кавалерах…
        – А разве правила не запрещают… – послышался сзади чей-то неуверенный голос.
        – Исчезни, – не оборачиваясь, бросил Алмази.
        – Знаешь, а теперь тебе придется остерегаться дяди… – улыбнулась Эллона. – В последний раз, когда на горизонте появился один симпатичный парнишка, он отправил меня на космическую станцию…

* * *

        Сидящий у костра Лагуна громогласно чихнул. Утер нос и принялся с прежней недовольной миной изучать мятый листок. Наконец он хлопнул себя по лбу, и лицо его озарилось:
        – Я понял!
        – Наконец-то! – разом выдохнули Кирос и Вард. – Куда идём?
        – Ну… – замялся Лоир. – Это не та карта…

Конец

Vitamant
16.03.2012
Только зарегистрированные пользователи могут
оставлять комментарии на сайте.
ФАЙЛЫ
ДРУГОЕ
Партнёры: 
Все материалы (c)     
Final Fantasy Forever     
Дизайн и движок (c) 2009     
EvilSpider